home email site map Таежные истории Таежные истории

Приключения на тропах Байкала

Baikal Trail Adventures

Информация

Таежные истории

Первая встреча

К.Селезнева

Жизнь наша устроена так, что всегда в ней что-нибудь происходит впервые. И это событие часто оставляет неизгладимый след в памяти. Первый раз в первый класс, первый поцелуй, первая любовь: И вот, например, первая встреча с медведем. О! Это незабываемое впечатление.

Произошла со мной такая встреча 33 года назад в горах Тянь-Шаня, а до сих пор "бррр": просто жуть какая-то. Случилось это в начале мая. В горах было еще много снега, а солнце уже жарило по-летнему сильно. Медведи только начинали просыпаться и их глубокие следы на тающем снегу внушали нам опасность и уважение к "хозяину".

Очередная ночь накрыла нас своим бархатным одеялом в одном из горных ущелий, на границе леса у маленького разговорчивого ручейка. Но даже в наступающей темноте нетрудно было заметить звериную тропинку, шерсть на ней и как нам тогда показалось специфический медвежий запах. Делать было нечего. Ночь наступала стремительно и мы быстро, и привычно организовали туристский бивуак вблизи тропы, которая явно вела зверей на водопой. Кто-то из ребят мудро предложил сделать "магический круг" вокруг нашего лагеря, который может отпугнуть зверя.

Костер, приготовление еды, неспешные разговоры, ужин: все как всегда, но что-то таила в себе эта густая темнота, обступившая нас со всех сторон. На правах дежурной, после ужина я собрала посуду и направилась вверх по ручейку сквозь густые заросли ивы, чтобы помыть посуду. Не успела я сделать и пяти шагов за пределами магического круга, как вдруг сильно затрещали ветки ивняка и из них вывалился огромный медведь и шагнул прямо на меня. В один момент тело мое обмякло и стало как кисель. Все было как во сне. Хотела крикнуть, но голос куда-то пропал, хотела бежать, но ватные ноги не слушались: И только когда из рук моих посыпалась посуда и стала громко стучать по камням, я обрела дар речи и тихо пролепетала - "ребята:" После чего я стала медленно оседать на ватных ногах, а это чудище все приближалось ко мне и приближалось. Пока совсем не оказалось рядом и не подхватило меня. Совсем близко я увидела лицо друга и прошептала - Вася, это ты? А что ты тут делаешь? - За дровами ходил, ответил медведь Вася, - а ты чего такая испуганная, что случилось? Со всей нахлынувшей на меня страстью после перенесенного ужаса, я хотела одновременно, и обнять своего друга и прибить его за доставленные мгновения встречи с медведем.

С тех пор, когда я нахожусь в тайге и чувствую опасность встречи с медведем, я громко пою песни, потому что знаю, что когда я с ним столкнусь то уже не смогу ни закричать, ни убежать. Все ощущения реальной встречи с медведем я уже пережила. И хотя за эти годы я неоднократно встречала медведя и даже фотографировала его, но ту первую встречу я не забуду никогда!

Мало не покажется

К.Селезнева

Стояла тихая ясная осень. Мы собирались в очередной поход. Наша компания состояла из пяти человек. Из них трое крепких молодых человека и две хрупких девушки - я и англичанка Ники Хамерсон. Мы отправлялись на 12 дней в красивейшие места - в район реки Окунайка с выходом в верховья реки Тыя. Маршрут нам предстояло пройти немалый, значительная часть которого была пешая в отрогах Байкальского хребта, а вторая часть - сплав на катамаранах по реке Тыя.

Подготовка к походу заняла не более двух дней. Снаряжение, закупка продуктов, расфасовка их, карты, схемы самого маршрута, раздача портфелей. Всё продумано и привычно. Когда дело дошло до укладки рюкзаков, раздачи снаряжения и продуктов, я ответственно заявила, что продуктов возьму меньше чем другие на свои плечи. - Ем я мало, поэтому и понесу продуктов немного - сказала я, и, как ни странно, с этим никто спорить не стал. Так я неожиданно облегчила себе походную жизнь.

Третий день похода выдался трудным. Мы долго шли, пересекая небольшие холмы и обходя многочисленные озера по заросшим карликовой ивой и березкой узким звериным тропинкам и наконец, наш день завершился переправой вброд через реку Окунайка. Зато ночевка нам выпала теплая, в зимовье. Когда дежурный Олег занес в домик котелок с вкусно пахнущей и дымящейся гречневой кашей, мы уже к этому времени были отдохнувшими от долгого походного дня, и сладкая истома разливалась по всему телу.

Я не заметила, как миска моя оказалась пустой, и я попросила добавку. Вторая порция пролетела в меня так же непринужденно и быстро. Каша была рассыпчатой, сдобренной сливочным маслом и очень вкусной. Не спускаясь с нар, я осведомилась у дежурного насчет еще одной добавочки. Олег взял мою миску, и, накладывая, в неё кашу до краев, тихо и задумчиво изрёк - "Как хорошо, Клавдия Васильевна, что вы едите так МАЛО, я представляю, что могло бы быть, если бы вы ели МНОГО..."

Погорели на фарах

К.Селезнева

Было это давно. Лет 25 тому назад, однако. Хорошее туристское снаряжение было страшным дефицитом, как впрочем, и многое другое. И мы шили его себе сами, начиная от ковриков и заканчивая пуховыми куртками.

И вот, однажды, так называемые "старички", которым и было то чуть более 30 лет или около того, сидя у вечернего костра, делились секретами своего мастерства с молодежью и школярами. Заинтересовавшись ковриками из полиуретана, ребятишки дотошно расспрашивали, как можно его смастерить, и где этот самый полиуретан раздобыть. И нужно было тогда одному из старичков в шутку сказать, что полиуретаном утепляют дверцы "Кировцев" - современных больших колесных тракторов...

...В то время я работала директором СЮТур (станции юных туристов). Телефонный звонок раздался рано утром. Со мной говорил начальник ПМК "Ленинградбамстрой" - Анисимов Валерий Михайлович.

- Клавдия Васильевна, ваши дети у нас на промбазе "раздели" Кировец - сообщил он мне.

- Почему вы решили, что это наши? - осведомилась я.

- Они вытащили из дверей трактора полиуретан - ответил Анисимов.

Всё стало ясно. Удивительно как группа детей седьмого класса, ночью, смогла совершить свое черное дело на промбазе такой крупной организации? А куда смотрел сторож?... Но этот вопрос относился уже не ко мне. А мне предстоял разговор с предприимчивыми детьми.

Через 15 минут ребятишки пришли на занятие по туризму.

- Вы зачем раздели Кировец? - спросила я их прямо в лоб.

- Нет, нет, - закрутили головенками мои ребятишки. - Да вы что, Клавдия Васильевна, как вы могли подумать на нас, это честное слово, не мы.

- Ну ладно, - добавила я, - полиуретан, понятно, для ковриков, а ФАРЫ? Фары то вы зачем сняли?

- Фары? - встрепенулись все разом мои детки- Фары мы не трогали!!!

И нужно было видеть в этот момент глаза мальчишек и их искреннее возмущение! И ничего другого им не оставалось больше, как пойти с повинной к начальнику ПМК и отнести ему в кабинет весь, хотя уже и раскроенный под коврики, утеплитель с Кировца, и покаяться в содеянном...

Юлькины сапоги

П.Распутин

Горно-таежные пешие походы всегда насыщены приключениями.

Дети очень непосредственны, даже если это старшие дети. Обед после трудного перехода по горной реке Молокон. После многочисленных переправ у всех мокрые ноги. "Рационализатор" Рома делится новым методом сушки сапог. Он стягивает с ног свои резиновые болотники, вытаскивает из костра пару теплых камней и закатывает их в сапоги. Из них валит пар - процесс пошёл! Девочка Юля недолго думая, снимает свои пластиковые сапоги, выбирает камни погорячее (обед то всего полтора часа, нужно успеть) закатывает быстро камешки в сапоги. После чего торжественно поднимает сапоги повыше - Во, у меня быстрее высохнут. Из сапога валит густой пар. Вдруг подошва на глазах у всех удлиняется и из сапога с грохотом выпадают камни, образуя сквозную дыру. Сапог испорчен, а до ближайшего магазина километров 150 будет. Вопрос по Чернышевскому: - "Что делать?". Хорошо, что есть русская смекалка. Два часа работы с Юлькиными сапогами и с помощью того же костра, ловкости рук и какой то матери, испорченную обувь в первом приближении можно назвать сапогами, тем более, что она уже выдержала 100 километров маршрута.

Другой поход. Подходим к реке Неручанда, готовимся к переправе. Вечереет. Ромка первый в своих болотниках перебредает на другой берег. Девчонки в воду лезть не хотят. Глубоко, холодно. Рома по-джентельменски снимает с себя сапоги, хорошенько размахивается и перекидывает их на другой берег. Первая запрыгивает в болотники Юлька, немножко торчит из них и задает детский вопрос: - "А свои сапожки куда девать?" Но, не дожидаясь ответа, она размахивается и швыряет сапог. Но Юлька - не Ромка. Сапог на излёте шлёпается на середину реки. - А, один сапог не сапог, - думает Юлька, и, в сердцах кидает его следом за первым. Теперь уже оба сапога дружненько плывут по реке. Я освобождаюсь от рюкзака и бегу вниз по течению спасать Юлькины сапоги. Ура! Ей опять повезло. Сапоги удалось выловить. Хорошо, воды не успели набрать, да и легенькие.

Вот такие они, волшебные Юлькины сапоги - и в огне не горят и в воде не тонут!

Хождение в Хакусы

Галина Белякова

1. Ночью по Байкалу

Мы решили пойти в поход на Хакусы. Это бухта на другой стороне Байкала, и такое же название носит горячий источник, изливающийся со склона в трехстах метрах от берега. Нас было 10 человек, решившихся пересечь "славное море" на лыжах с целью полежать в горячей речке. Из нас только один Андрей был там однажды, но летом. Наши руководители вооружились компасом и картой, чтобы выйти наверняка. Двинулись от турклуба в 20 часов 30 марта 1979 года. Был тихий теплый вечер. Снег в поселке почти растаял. Заходящее солнце озарило стадион, что рядом с турклубом, ласковым оранжевым светом...

Через час вышли на пляж, рюкзаки к этому времени заметно потяжелели. Здесь мы стали на лыжи и гуськом, стараясь не терять впереди идущего из виду, направились на юго-восток. Вскоре нас поглотила ночь. Как ни было тяжело, никто не отставал - жутко было бы остаться одному в темноте. Мне, признаться, было грустно покидать теплый берег - надежную твердь под ногами и всегда выручающий лес. А теперь нам предстояло идти неизвестно сколько по льду, который мог когда угодно и где угодно треснуть, и от этой его прихоти мы будем зависеть. Но лучше не думать об этом, а шагать вперед. На черном небе вызвездило. Стало веселей идти. Кажется, уже прошли мыс Тыя. Паша объявил привал, и мы с удовольствием скинули рюкзаки. Послышались шутки, смех. Выданный бутерброд (хлеб с копченым салом) оказался необыкновенно вкусным, потому что аппетит у нас был зверский. Завхоз даже расщедрился на добавку, и мы были очень рады. Но долго сидеть было нельзя, так как мы остывали и начинали мерзнуть. И снова в путь. Звезды горят как фонари, кажется, они висят прямо над головой, будто небо надвинулось на нас. Тихо... Только лыжи шоркают. Впереди почему-то движутся две звезды, они почти у самого горизонта. Я иду и всё на них поглядываю - никогда не видела, чтобы двигались сразу две и по горизонтали! Вдруг слышу: "Это же машины идут на Усть-Баргузин!" Остановились, смотрим - они всё ближе - уже видно, что это фары светят, а звука мотора почему-то не слышно. А нам показалось, что они очень близко от нашей группы прошли. Мы постояли, не снимая рюкзаков: потянул студеный ветерок, и за полминуты спина замерзала. Остановки мы теперь делали все чаще. Но после появления машин прибавили ходу: появилась ближайшая цель - дорога. Но шли до нее еще около часа. На таком большом снежном пространстве как зимний Байкал вообще творятся непонятные вещи: на глаз расстояние вроде небольшое, на самом деле - огромное, звуки едва слышны, словно уши заложены. Видимо, ровное пространство скрадывает расстояние.

Ну, а как объяснить вот этот момент? Витя и Паша на привалах разворачивали карту и при свете фонарика определяли наш курс. И Витя как-то сказал, что нам надо идти по направлению на самую яркую звезду на небе - Сириус. Я отметила это про себя. Когда мы перешли дорогу, то я стала отставать: устала очень. Со мной была Люда, мы с ней были самыми слабыми из всей группы, И еще за нами шел Андрей: он был замыкающим и не мог нас оставить. Вскоре впереди едва чернели фигуры наших товарищей. По ним ориентироваться стало трудно, и я вспомнила, что нужно идти на Сириус. Он висел очень низко и мерцал то желто-белым, то фиолетовым цветом. Мои мысли улетели в далекие галактики... А может... там... тоже есть... жизнь?.. А может... они... такие же, как мы?.. А может... Стоп! Сириус почему-то уселся на кончики моих лыж. Ба! да это же примус, который разжигает Паша. И Паша этот ворчит: куда, мол, идете, чуть примус не опрокинули. Вот так фокус!

Я очень удивилась и обрадовалась, что наконец-то мы остановились на ночлег.

(Записано в 1979 году, под впечатлением, вскоре после похода).

2.Первое дело - покушать

Мы провели на восточном берегу замечательный день: сходили в гости на зимовье к рыбакам, накупались в горячем ручье с крупным песком на дне, попили из источника, налюбовались местными красотами, попели песен у костра и к обратному переходу решили подготовиться. Во-первых, мы очень плотно поужинали, а остатки киселя залили в большую фляжку. Во-вторых, заготовили охапку дров и раздали каждому по четыре полена, чтобы завтрашний обед на Байкале приготовить на костре, а не на примусе. И двинулись снова в ночь. До первого привала постарались пройти побольше, и поэтому всем очень хотелось пить. И вот тут завхоз достал фляжку с киселем и пустил её по кругу, предупредив, что в ней каждому по четыре глотка. Кисель был великолепен: негустой, в меру сладкий, и, главное, прохладный!!! Боже, как мне хотелось сделать пятый глоток! Ведь никто же не увидит в темноте! Но, как говорится, лучший контролер - ваша совесть... Я никогда в своей жизни не пила киселя вкуснее, если только в далеком детстве. А на следующий день, в обед, сварив на костре суп, дежурные уже почти довели до кипения воду для чая, но тут кончились дрова. А у меня куда-то подевалось четвертое полено, я уже весь рюкзак переворошила, но оно не находилось, И я принялась активно помогать дежурным дуть на угли, чтобы дожечь последние остатки дерева и добавить котелку недостающую каплю энергии. Смотреть со стороны на наши усилия наверняка было забавно. И всё-таки он закипел! И мы заварили чай и напились его перед последним броском. Получив на оставшийся путь по небольшой шоколадке, мы стали собираться. И вдруг я обнаружила в своем рюкзаке то самое полено! И-эх! Ну да ладно, и без него нам удалось хорошенько заправиться.

Ближе к вечеру мы уже отчетливо различали на берегу трубы котельных Северобайкальска, и, когда солнце садилось, мы устало подходили к пляжу, откуда и начинали путь три дня назад. А чуть позже я сварю себе такой же кисель, как в походе, и остужу его на улице, и, попробовав, пойму, что ему ох как далеко до того, походного.

(2009 г.)

Утка в фольге

П.Распутин

Люди отдыхают по-разному. В то далекое время у нас был популярным выход на скалы на берегу Байкала. Под скалами была шикарная зеленая полянка, где можно было с удовольствием после дневной скальной тренировки поваляться и погреться возле специально оборудованного костра. И хотя и говорят, что не хлебом единым жив человек, первое никто не отменял, и иногда человеку хочется побаловать себя каким-нибудь деликатесом. И накануне выхода на скалы у меня появилась мысль: - "А не приготовить ли нам утку в фольге?", тем более, что они как раз появились в продаже. Утка была куплена хорошая, жирненькая, увесистая - на всех должно хватить.

Сделав хороший костёр, подождали пока нагорят угли. Утку начинили специями и упаковали в фольгу. Фольгу с уткой закопали в золу и угли и, улеглись, кто слушать, а кто рассказывать байки, пока она там готовится. А сколько ей там томиться, никто понятия не имеет. Наклонимся к костру, прислушаемся, шипит - значит варится ещё. Спустя какое то время шипение прекратилось. Ура!!! - Сварилось! Вытаскиваем упаковку и вдруг обнаруживаем необыкновенную легкость её. Возникает вопрос: - А утка где? С большим интересом разворачиваем фольгу, а там одни утиные косточки. Всё остальное уварилось. Ужинаем диким смехом. - Утка то улетела!

Дальше идет ночь юмора. Поем под гитару шуточные песни, вспоминаем веселые истории из походной жизни. Громкий смех, эхом отражаясь от скал, разносится над Байкалом. Те, кто проспали ответственный момент, уже давно не спят и из своих палаток интересуются, как там утка у нас получилась...

Манная каша

К.Селезнева

Морозное мартовское утро. Переход на лыжах нам предстоит немалый, потому и подъем группы запланирован ранний. Дежурным после ночевки из теплого зимовья выходить на улицу и готовить на костре завтрак не очень- то хочется. А что делать? Надо!

Любой поход с детьми - это еще и учебный процесс. И как бы ни хотелось руководителям им помочь, вмешиваться не стоит. Вряд ли они тогда чему-нибудь обучаться. Завтрак несложный. Всего- то каша манная. Должны приготовить быстро.

Набираемся терпения и ждем. Проходит около одного часа. Мы свернули свои спальные мешки, растопили в доме печь, уложили рюкзаки. Ждём. Каши нет.

Проходит еще полтора часа. Дежурные по очереди забегают погреться в зимовье. Мы терпеливо ждём. Через три часа уже вся группа школьников участвует в приготовлении каши. Кто -то сочувствует дежурным, кто-то советы дает, а некоторые уже стучат не только зубами, но и мисками.

Наконец, через четыре часа, дежурные радостно и удивленно объявляют всем: - "Сварилось!" Нам наливают в миски что-то подобие каши - жидкое, бледное, несоленое и несладкое. Мужественно съедаем каждый свою пайку и просим принести чай.

- Чай? - переспрашивают дети - А чай мы ещё не варили!

Если очень хочется, то можно?

Е.Марьясов

Дождь, туман, шум бурляшей воды. Группа спустилась с перевала Солнечный насквозь мокрая, но путь к уютной Кедровой стоянке преградил грозный поток ручья Водопадный. На другой стороне палатки, костры, горячий чай, а через реку перекинуты пара бревен, по которым можно в два счета перескочить, но руководитель-непреклонен: организуем страховку!

Школяры нехотя достают веревки, страховочные системы, карабины, наводят перила и в еще в течение целого часа переправляются к вожделенному берегу. Наконец последний член группы на месте, веревки сдернуты и смотаны. И тут к бревну подходит молодая ловкая женщина с большим животом,: шустро перебегает по шаткой переправе и исчезает в лесу.

Изумлению и возмущению школяров нет предела: "Евгений Александрович, ну что это такое?!!!"

- Вы же будущие инструктора туризма и всегда должны все делать правильно! А это просто беременная женщина, ей срочно надо в туалет!"

Синдром Юлия

Е. Марьясов

Юлий появился в нашем турклубе в первые годы строительства БАМа. Работал проектировщиком тоннелей, а чтобы протрястись после сидячей работы ходил в походы. Он всегда отличался некоторым эксцентризмом и занудной дотошностью. Например, чтобы подготовиться к походу, ходил на работу с рюкзаком, набитым кирпичами. А если ему что-то надо было выяснить, то никогда не отставал от человека, пока не вымотает из него все кишки.

Мы шли по Байкальскому хребту в пешеходном походе 3 категории сложности. Зная, о его дотошности, я перед походом предложил ему хлопотную должность завхоза. Поход подходил к завершению, в целом Юлий со своими обязанностями справился, продукты четко контролировал, в общем, никто от голода не страдал.

В тот день мы от реки Куркула вышли по ручью Пешеходный к перевалу Пешеходный. Сначала была неплохая тропа, потом по мере подъема она уменьшалась и затем совсем затерялась в заболоченном плато. А время было к обеду. Решено было остановиться на обед и разведать дальнейший путь. Кто-то спрашивает: "Что на обед?" А Юлий отвечает: "Уха". - Но, ведь у нас нет рыбы!

- Поймайте!

- Но река, то совсем мелкая, здесь нет рыбы!

- Ничего не знаю, давайте рыбу!

Честно говоря, я подумал, что Юлий шутит.

- Юлий, ну в самом деле, поменялся график, мы ушли с реки, сделай замену, свари какой-нибудь супчик.

- Никаких супчиков! Уха и все!!!

Я спорил с упертым завхозом минут 10, потом не выдержал, схватил и рюкзак, скомандовал всем идти без обеда и рванул вперед. На участке со сложным ориентированием, разъяренный, ничего не видящий я несся около часа. Еле поспевающий за мной штурман Распутин, несколько раз повторял: "Начальник, ты куда, нам в другую сторону". Поскольку голос у него не громкий, а моя ярость была сильной, то мы ускакали в сухие безводные гольцы, так и не дошли до перевала, вечером пожевали сухарей и уснули с жаждой во рту. И только к обеду следующего дня вышли на приток реки Горемыки и, наконец, нормально пообедали.

Синдром Юлия, это испытание для тех, кто хочет научиться владеть собой в любой ситуации. Да здравствует Юлий!

Ах, Баргунда - жемчужина у моря...

Белякова Г.П.

Середина лета. Байкал. Погода шепчет... Идем на катере к югу. В голубой глади озера-моря отражаются зеленые берега, иногда в воду смотрятся скалы, освещенные утренним солнцем. Все это медленно проплывает мимо... Жаль, идиллию нарушает рокот мотора. Господи, и почему мы не на паруснике плывем?! И вдруг, после того, как катер обошел изрядно выдающийся в море низкий мыс Котельниковский, я увидела водопад. Он радостно вырывался из ровного, как плотина, берега и мощным белопенным потоком обрушивался к Байкалу. На фоне зелени это выглядело завораживающе. «Что это за река?» - спросила я у предводителя нашей разношерстной группы Клавдии Васильевны и узнала, что это Куркула. Нашей целью была бухта с романтичным названием Баргунда, прямо по курсу. В этом месте вплотную подходит к Байкалу Байкальский же хребет, и один из его отрогов, высочайшая вершина которого, Голец Баргунда, с высоты 2000 метров обрывается к морю, не дойдя до воды с полкилометра. Этот горный узел как бы обнимают реки Куркула и Молокон, по которым давно проложены маршруты к горе Черского, наивысшей точке Байкальского хребта. Туристская школа каждое лето «прогуливала» детей своих работников, и на этот раз был предложен маршрут по побережью:»бухта Баргунда - река Куркула - бухта Горячая» с дневками в этих пунктах.

Подойдя к берегу, мы увидели живописную картину: по правую руку к небу круто и величаво поднималась скалистая гора с белыми жилочками кулуаров; по левую - зеленая низина с озером-заливом, болотцами и лесом; на дальнем плане в синей дымке горбатились горы, выходя одна из-за другой, и между ближними виднелся широкий распадок. Посередине красовалась уютная поляна будто специально для нас, а на ней - стол с узорчатым навесом и кострище. Ну, точно - для нас. Нас было 15: девять детей возрастом от 6 до 15 лет и шестеро взрослых, среди которых единственный мужчина - Слава (ну как в походе без мужчины?). Кстати, навес над столом именно он однажды и смастерил. Выгрузившись с корабля, вся орава принялась осваивать территорию. Кто-то устанавливал палатки, кто-то кинулся к протоке, тянувшейся от озера, кто-то - к неожиданно обнаруженному на опушке туалету. У кострища загремели котелками и другой посудой - начали готовить обед. После еды отдыхаем кто во что горазд. Ребятня, конечно, отправилась купаться и загорать к озерку на косу, которая отделяет его от Байкала, где вода намного холоднее. Я бреду босиком по траве за ребятишками, вокруг стрекочут цикады, жужжат шмели - ведь здесь много различных цветов, в основном, болотных, а вдоль берега Байкала - заросли нашей северной розы - шиповника. Умиротворение овладевает мной, я усаживаюсь на покрывало и созерцаю... Из памяти всплывает песня:

«У той горы, где синяя прохлада,
У той горы, где моря перезвон,
К тебе свисали ветки винограда
Зеленым водопадом на балкон.
И было это со-олнце
Утреннее со-онным,
И тени вниз лете-ели со скалы,
И было
это море невесо-омым,
И были
эти сны не тяжелы...»

Через некоторое время вижу, как среди деревьев, огибая озерцо, идут, один за другим, кони. Выйдя на поляну, смотрят на наш лагерь, фыркают и шумно, быстро переходят узенькую протоку и направляются в мою сторону. Я хватаюсь за фотоаппарат, но тут появляется егерь с жердиной (он здесь живет рядом, в зимовье) и отгоняет лошадей, чтобы они не приблизились к купающимся детям. А лошади прекрасные: и рыжие со светлой длинной гривой, и белые, и черные, и пегие, и жеребятки с ними. Они пасутся здесь полудиким стадом на обширных травянистых полянах мысов Болсодей, Коврижка и Мужинай. Мне не удалось сделать хороший снимок, а вот Слава поймал в кадр весь табун, и теперь дарит друзьям картины с этой фотографией.

Томным вечером мы всем миром готовили ужин, что-то стряпали, пели у костра. Пришел егерь с собаками, угостил нас рыбой, а мы его - пивом, привезенным специально для него. Наутро у нас - радиальный выход к водопаду в одном из ущельев Гольца. Оттуда захватывающий вид на Байкал, а перед водопадом на солнечной поляночке растет лекарственная трава душица, украинское название которой очень теплое - материнка. Собираем, кому надо, и спускаемся, снова отдыхаем. Вода в Байкале «цветет». Возле берега в бухте плавает густая желтая муть - это бурно разросся фитопланктон, и, чтобы зачерпнуть воды, приходится заходить подальше.

На третий день сворачиваем лагерь, рюкзаки на плечи - и вперед, к Куркуле. К вечеру должны быть там. Поначалу идти тяжело, пока приноровишься. Мой десятилетний сын недовольно бурчит, что, мол, и рюкзак у него тяжелый, и деревья-то все тут с какими-то огромными корнями, да еще кто-то камней всяких под ноги навалил...Ну, весь в мамку. Но привалы и обеденная стоянка на Татарниковом русле с поеданием классного борща сделали свое дело, и вечером, на подходе к цели, я увидела, как сын идет по прибрежной гальке, непринужденно болтая с другом Семой, и улыбается. Тогда я стала рассматривать местную достопримечательность - высоченную отвесную стену. Давно примечаю, что Жизнь всегда старается заполнить и украсить безжизненные пространства, природные или рукотворные. Вот и здесь: в любой щелочке или расселинке скалы,где может задержаться хоть немного песчинок, росли пучки колокольчиков, желтых тюльпанчиков или игольчатовидной травки. А у самого подножия, на небольших осыпях, можно было и букетик собрать. На этой стоянке мы так же приятно отдохнули, как и на Баргунде. Меня тут поразило обилие дров - плавника, вынесенного рекой. Вот, думаю, где бы здорово было баньку поставить! Да и мощь водопада, который я наблюдала с катера, пропадает втуне. Электростанцию бы здесь построить! Через этот водопад туристами был натянут трос для переправы, и всякая проходящая группа могла им воспользоваться, имея соответствующее снаряжение. Теперь настал и наш черед, тем более, что у нас с собой все было. Каждого человека подвешивали к тросу на карабинах в «беседке» из ремней и с помощью веревок перетягивали на другую сторону. Сначала «переехали» трое взрослых, чтобы помогать тянуть остальных, и я среди них. Было страшновато, поэтому лучше не смотреть вниз, на бушующий поток. Я очень волновалась за сына - как-то он выдержит это испытание? Но у него на лице был такой неописуемый восторг, что я ошеломленно уставилась на него, забыв про специально приготовленный фотоаппарат. Неповторимый момент был упущен, об этом жалеть буду до конца жизни. Переправившись и взобравшись на гору, мы пошли по лысому склону, по натоптанной тропинке к мысу Котельниковский, где нас ожидало купание в горячих источниках. Улучив момент, я окликнула сына, и, когда он повернулся ко мне и, улыбаясь, помахал рукой, я щелкнула фотоаппаратом. И подумала, что наше путешествие стоило совершить, чтобы увидеть это счастливое личико сына.

1998г.

Через 10 лет у Клавдии Васильевны уже был внук, ему шел 3-й годик, и он успел побывать на Баргунде. Однажды он ехал с бабушкой в машине по городу и вдруг сказал: «Бабиська, а у меня идея! Давай поедем на Багунду!» Она ответила: «Но мы же на машине туда не проедем. От села Байкальское нам нужно плыть на лодке.» На что он немного удрученно закивал головой: «Помю, помю... Cусяй, а там та-а-к каси-и-во!»

2009г.

Походный детектив

К.Селезнева

2001 год. Детский летний лагерь «Круг друзей» собрал более 50-ти ребятишек разного возраста и социального положения. Где-то около20-ти детей из так называемых неблагополучных семей. Многие из них состоят на учете в детской комнате милиции. На всю эту ораву: четверо взрослых инструкторов-педагогов, два катамарана, порядка 15 палаток и полевая кухня со всем ее продуктовым складом. Маршрут наш начинался с местного санатория «Хакусы», где мы отлично отдохнули, накупались в горячих источниках и погрелись на пляжном желтом песочке.

Дальше группа разбивалась на две – одна пешая, другая – водная на катамаранах. Так двумя группами мы и передвигались вдоль восточного побережья Байкала от Хакус до островов Ярки.

Питание было хорошим, полноценным, продуктов в избытке, поэтому взрослыми было принято решение – оставить ящик сгущенки на финал маршрута. На теплых песчаных островах Ярки был запланирован конкурс на лучшую скульптуру из песка, и сгущенка была оставлена в призовой фонд.

Шторм застал нас после бухты Аяя. И в очередную бухту катамараны зайти не смогли. Причаливать среди огромных прибрежных валунов было сложно, но и с этой задачей мы справились на «отлично». Продукты с катамаранов разгружать не стали, взяли только личные вещи и все необходимое для приготовления ужина. Ночевали в теплом зимовье, желающие устроились в палатках на берегу разбушевавшегося Байкала. Из-за мыса оставленные катамараны были не в поля нашего зрения.

Утром, встревоженный завхоз сообщила мне, что у нас ЧП. Часть продуктов оказалась испорчена кем-то. И судя по следам – этот кто-то был явно не медведь и не другой дикий зверь. На месте преступления были обнаружены плохо открытая банка сгущенки с подтеками по краям, недопитая большая пачка сока, а также крошки и обертка от печенья. Потери небольшие, но все же неприятно.

«Что будем делать?» - спросила меня Анюта – «Неужели мы их плохо кормим?! А главное, не пытать же теперь каждого из 50-ти человек, чтобы выяснить, кто это сделал?» «Ничего, - ответила я, - воришки сами себя обнаружат»

После завтрака группа, сопровождавшая груз на катамаранах направилась к мысу Зелененький, а пешая, более многочисленная потянулась вслед за ними по побережью Байкала. Шагая в окружении оживленных ребятишек, я начала сокрушаться по поводу налета на продуктовый склад.

«Все бы ничего, - отрешенно рассуждала я, - да вот беда, сгущенка то была испорченной. Поэтому мы вам ее и не давали. Боюсь, как бы не случилось нежелательных последствий.

- А как это – испорченная?

- А какие признаки испорченной сгущенки?

- А какие последствия могут быть?

- А чем опасна такая сгущенка?

Ребятишки закидали меня вопросами.

- Ну, понимаете, когда открываешь такую банку, а на крышке сосульки висят из сгущенки – это первый признак испорченности, - стала разъяснять я детям. – И, особенно такой продукт опасен в сочетании с соком. В желудке образуется грибок, который очень быстро начинает разрастаться – продолжала я свой рассказ.

- А признаки какие у этого заболевания? – живо интересовались дети.

- Признаки? А признаки-то все налицо. Опухает оно. Особенно сильно уши. И краснеют при этом. Вот. А в ногах слабость появляется. Идти человек не может, падать начинает…

Так, за разговорами, мы продолжали свой пеший маршрут, пока я боковым зрением не заметила, что один из участников стал как-то странно и неестественно переставлять ноги. Вскоре они у него стали подкашиваться, и он откровенно начал падать вместе со своим рюкзаком.

- Ой, смотрите, что это со Шляпкиным происходит? – вскрикнул один из окруживших меня пацанов. – Наверное, он уже заболел…

В нашем маршруте были запланированы перекусы. Катамараны причалили к берегу, пешеходы подходили к ним, и мы все дружненько отдыхали, распивая соки с печеньем. Шляпкин со своими двумя друзьями обычно летели первыми на раздачу, а в этот раз сидели грустные и притихшие.

- Мальчишки! – позвала их Анюта, - а ну быстрей за соком!

Мальчишки смешно замотали головами, - Не, мы не будем, мы не хотим. – При этом один из них все трогал и трогал свои уши. Видимо проверял, насколько они успели опухнуть.

Вечером, собравшись у жаркого костра, в ожидании рыбы на рожне, мы провели «разбор полетов». Разговор получился хороший, мальчишки сами во всем сознались, а ребята отнеслись к ним по-доброму, да и взрослые не ругали.

На этом бы все и закончилось. Только вот Лев Шляпкин оказался настолько внушаемым ребенком, что до конца похода ноги его не слушались. Пришлось транспортировать его на катамаране. А по вечерам он лежал в палатке и постанывал. А я проводила с ним психологические уроки, и уверяла, что сгущенка была не испорченной, и что сказала я все это в шутку, чтобы выявить воришек. Шляпкин смотрел на меня с недоверием, а когда на Ярках было награждение, то предусмотрительно от своего приза отказался.

Телефон: +7 924 391 4514
E-mail: baikalinfo@gmail.com